погода
Сегодня, как и всегда, хорошая погода.




Netinfo

interfax

SMI

TV+

Chas

фонд россияне

List100

| архив |

"Молодежь Эстонии" | 04.11.04 | Обратно

Дело серийного бракодела

Евгения ГАРАНЖА


Строительная бригада, вынужденная исправлять грубейшие ошибки, допущенные Игорем при строительстве капитанского дома, говорит, что здесь до них работал либо слепой, либо дурной. Рабочий Анатолий (на снимке) признается, что сам бы жить в таком доме не хотел.

Без малого 400 тысяч крон отдала супружеская чета строителю, подрядившемуся возвести ей под ключ двухэтажный дом, не получив взамен даже договора. Теперь вместе с другими пострадавшими от рук того же умельца домовладельцами доверчивые супруги намерены искать справедливости сначала в полиции, а затем в суде.

Когда супруги Петр и Наталья вместе с детьми увлеченно сочиняли, снимали на камеру и закладывали в фундамент своего будущего дома «обращение к потомкам», они еще не знали, что совсем скоро им придется обратиться в газету, чтобы написать предупреждение для своих современников. Решив в зрелые годы построить собственное семейное гнездо, капитан дальнего плавания Петр, человек в строительстве сведущий, прежде всего вместе со строительной фирмой составил дотошную калькуляцию. После чего препоручил следить за стройкой жене и ушел в рейс. Однако, когда дело дошло до практики, фирма то тут, то там накинула к теоретическим расчетам по паре десятков тысяч. Наталья по телефону нажаловалась мужу. Тот отдал с капитанского мостика четкое указание — искать других мастеров.

«Квалифицированного строителя» Игоря Максимчука Наталья нашла по объявлению. Тот с радостью согласился взяться за строительство и обещал сдать дом под ключ не за 1,4 миллиона, как предлагала солидная фирма, а всего за 900 тысяч. За первый этап, включающий в себя возведение коробки с перекрытиями, Игорь запросил 400 тысяч. Правда, письменный договор перед началом строительства составить отказался, сказав, что сейчас как раз создает собственную строительную фирму и оформить необходимые бумаги сможет только после ее официального открытия. Наталья приняла это обещание на веру. Тем более что деньги с заказчиков Игорь обещал взять только после сдачи готового объекта.

«Ламинад» и «баная печ»


А вот и сам Игорь Максимчук. Не слепой и не дурной. А, как говорила героиня фильма «Москва слезам не верит», живой, здоровый и даже весьма упитанный. И очень хорошо сознающий свою выгоду. 2 х фото Александра ГУЖОВА
В мае грянуло строительство. И тут деньги понадобились сначала на инструменты, потом на стройматериалы, потом на зарплату строителям. В общем, когда летом из плавания вернулся муж, оказалось, что Наталья по крохам отдала строителю 396 тысяч. Не спохватилась она даже тогда, когда Игорь, узнав, что его заказчица работает в институте, поинтересовался, не может ли она по дружбе организовать ему диплом. Даже тогда, когда вместо обещанного договора получила от Игоря лишь составленный от руки перечень необходимых строительных работ, содержавший, в частности, такие пункты, как: «баная печ, подвод камуникаций, ламинад и шпаклевка внутриния». Даже когда с площадки исчез, поругавшись с Игорем, им же порекомендованный представитель стройнадзора.

Когда в середине лета из рейса вернулся муж-капитан, он сразу понял, что с заказанным домом что-то очень неладно. Во-первых, постройка оказалась почти на 30 квадратных метров меньше запланированной в проекте, что было видно невооруженным глазом. Да и качество остальных работ заставило капитанские волосы встать дыбом и зашевелиться отнюдь не от свежего пиритаского ветерка. Поставленный перед неопровержимыми фактами «квалифицированный строитель», превратившийся к тому времени в «штукатура с пятнадцатилетним стажем», согласился компенсировать стоимость потерянных квадратных метров, однако заявил, что сейчас сидит без гроша, поскольку только что приобрел мотоцикл, и попросил в долг денег со второго этапа строительства. Поскольку счетов и чеков Максимчук представил своим заказчикам менее чем на 150 тысяч, Петр заключил, что моторно-транспортное средство «горе-строителю» он оплатил из собственного кошелька. После этого он начал записывать все разговоры с Максимчуком на диктофон.

Между тем работы на стройке остановились вовсе. К тому же к хозяевам дома стали обращаться нанятые Игорем строители, которым тот не платил зарплату. Вот выдержка из одного из последних разговоров со строителем, записанного Петром на пленку:

«Игорь: Тут разговор на два дня работы идет, а у нас чуть не скандал назревает.

Петр: Работы четыре дня нет и денег нет. (…) В первую очередь надо закончить крышу. Фундамент надо засыпать, а то пойдут дожди и размоют. (…) Это когда будет делаться — обложить и обмазать?

И: Обмазывать — это второй этап. Куплю пенопласт. У меня нотариальная сделка была, будут деньги. За пару дней все закончу. (…) У меня появились деньги, Петр, и я купил лес, потому что это в первую очередь надо было. Я Наташе неоднократно говорил, когда у меня закончились деньги на первый этап, — по-дружески выручите меня. Дайте деньги со второго этапа, чтоб торможения не было. А она: «Куда! На первом этапе еще только работа началась». При тебе я говорю, к Наташе обращался: я покупаю мотоцикл, у меня сейчас идут большие расходы. Я вас как человек понимаю, вы меня тоже поймите.

П: Игорь, надо ж было на мотоцикл взаймы попросить. Это ж совсем другое дело. А то получается, что на мотоцикл деньги есть, а строить нечего. (…) Главное, чтоб работа была, а деньги мы можем дать без проблем. Пиши расписку — дадим все наличными».

Эксперты винят подрядчика

Видя, что доверчивости его клиентов, наконец, пришел конец, Игорь встал в позу и отказался продолжать работу. А напоследок в отсутствие хозяев вывез со стройплощадки закупленные им несколько кубометров леса. Перед уходом бракодел заявил, что с ним заказчики уже не раз судились, да все остались ни с чем.

Оценка ошибок, допущенных при строительстве, выполненная строительным экспертом Яаном Отса, занимает четыре листа. Перечислять их все здесь не имеет смысла. Опишу только то, что мы с фотокорреспондентом увидели своими глазами. А увидели мы сквозные щели, красующиеся в каменных стенах, выведенную в стену канализационную трубу, положенные на голый камень деревянные балки перекрытий, которые через пару лет в эстонском климате прогниют и будут представлять серьезную опасность, фундамент, для гидроизоляции которого Игорь применял содранную с упаковок стройматериалов пластиковую обертку, оконные проемы в эркере, куда окна нельзя вставлять в принципе, и другие оконные проемы, с удобством выглянуть в которые можно, только стоя на руках, потому что верхний их край занижен, зато подоконник располагается где-то на уровне ниже колена…

Товарищи по несчастью

Молодой сантехник, который во время нашего посещения исправлял на втором этаже дело рук своего предшественника, застенчиво улыбаясь, сказал, что сотворить такое мог «либо слепой, либо дурной». Умудренный опытом строитель Анатолий оказался еще более прямолинеен, сказав, что сам жить в таком доме не хотел бы. Строительный эксперт Отса в своем заключении счел материальный ущерб, нанесенный заказчику, крайне большим, пришел к выводу, что продолжать строительство в данной стадии нельзя, возложил всю ответственность за брак на подрядчика и рекомендовал хозяевам дома проверить наличие у Максимчука разрешения на деятельность, а затем заключить договор с серьезной фирмой, дающей гарантию на свою работу. Теперь и сам Петр, прикинув, что исправление брака обойдется ему минимум в треть запланированной стоимости дома, не считая потерянного времени и разбитых надежд, уже вздыхает, что нужно было заморозить стройку и ждать решения суда.

Когда Петр и Наталья писали заявление к полицию с требованием взыскать с Максимчука компенсацию за строительный брак и украденные материалы, к ним присоединилась еще одна пострадавшая от сотрудничества с Игорем пара — жившие по соседству Маргарита и Арбо. Им Игорь строил дом в 1999 году. Вершиной его творения в тот раз стала лестница, по которой можно было только подниматься. Спускаться приходилось уже кувырком — под столь загадочным углом были возведены ступени. На требование заказчиков показать лицензию Игорь неизменно отвечал, что ему это «раз плюнуть», но тогда и цену он запросит выше. Маргарита и Арбо догадались расстаться с нанятым строителем раньше, а потому и понесли ущерб только в несколько десятков тысяч. Объединившиеся жертвы нашли под Маарду еще одних товарищей по несчастью. Однако те, едва заслышав имя Максимчука, бежали от разговора едва ли не с криками «изыди, Сатана!».

Тотальное невезение

За мое изложенное по телефону предложение срочно залить фундамент под каркасный дом Игорь Максимчук ухватился сразу, тут же бросился уговаривать поручить ему и остальное строительство, а договор обещал составить от руки, когда мы приедем к нему на очередной «объект» в Пяэскюла. Увидев вылезающих из машины корреспондента и фотографа, Максимчук немедля разразился стенаниями по поводу нечестных приемов современной прессы, однако поговорить с выключенным диктофоном все же согласился.

Судя по тому, что всех своих бывших заказчиков Игорь именует «этот, который со мной судился из-за крыши» или «тот мужик, что обещал мне руки переломать», а также по воспоминаниям Маргариты, рассказавшей, что Максимчук везде возил с собой жену, которая боялась оставаться дома из-за угроз в адрес ее мужа, клиенты нашему строителю попадались сплошь несправедливые, черствые и склонные к насилию. Причины своего тотального невезения Максимчук предпочитает искать не в собственных методах работы, а в тяжелой личной жизни заказчиков. Одна, мол, пыталась выслужиться перед мужем, других сбили с толку его злобные конкуренты, а третий и вовсе взял в жены женщину с двумя взрослыми детьми и потому на звание «хомо сапиенс» претендовать не может по определению.

На вопрос о лицензии Игорь отвечает: «А как вы мне прикажете выживать в этой независимой Эстонии?! Наниматься работать в фирму на мизерную зарплату?! А у меня ребенок-инвалид!» О заедающей честного работягу нужде должен был свидетельствовать, в частности, мобильный телефон одной из последних моделей с цветным экраном и кучей наворотов, по которому он, беседуя с «Молодежкой», параллельно раздавал указания подчиненным.

Зарплата 600 крон в час

Об ответственности подрядчика Максимчук имеет смутное представление, громко крича, что он был только посредником между заказчиками и нанятыми им рабочими. А за качество работ несут ответственность стройнадзор и не имеющие квалификации мальчишки-рабочие. То же он написал и в своем ответном заявлении в полицию. Заодно, по словам пострадавших, Максимчук указал, что остальные деньги ушли на зарплату 600 крон в час, которую он сам себе назначил. Давать комментарии по поводу вывезенных стройматериалов и мотоцикла Игорь отказался, заявив, что на этот вопрос будет отвечать только полиции.

Что ж, разбираться в том, только ли бракодел и любитель приврать Игорь Максимчук, или еще и мошенник и вор, это, действительно, дело полиции и суда. А пока Петр, Наталья, Маргарита и Арбо надеются, что, может быть, к ним присоединятся и другие жертвы предприимчивого строителя. Ведь привлечь к ответственности старающегося не оставлять после себя никаких документов «штукатура со стажем» им будет непросто. В одном Максимчук, пожалуй, прав — когда говорит, что его заказчики гнались за дешевизной, вот и получили, что хотели. В строительном бизнесе, по поводу которого в службы защиты потребителя поступает едва ли не больше всего жалоб, без знания законов, договора и сотрудничества с хорошо зарекомендовавшими себя специалистами дешево хорошо не бывает.


Сайт про сетевой маркетинг и МЛМ timeformlm.com