погода
Сегодня, как и всегда, хорошая погода.




Netinfo

interfax

SMI

TV+

Chas

фонд россияне

List100

| архив |

"МЭ" Суббота" | 15.07.06 | Обратно

Исходя из человеческого фактора

Ирина БУТЯЕВА


Коллаж Эве АРУЛААНЕ (3 х фото Николая ШАРУБИНА)

Нелегко писать о воспитанниках детских домов, в чьей сломанной жизни в большинстве случаев виноваты именно взрослые, которые, по закону подлости, продолжают им эту жизнь ломать.

Практически в каждом из летних детских лагерей можно встретить ребят, для которых родным является детский дом. И хорошо, что власти, в чьем ведении находятся детские дома, некоммерческие организации, работающие с ними, находят возможность отправлять детей или в детские летние лагеря, или даже в семьи. Подобные шаги, назовем их «социальным погружением» в среду, кардинально противоположную среде обитания этих детей, как правило, дают положительные результаты. Во всяком случае, большинство детей получают от такого отдыха массу положительных эмоций, учатся чему-то новому. Но самое главное - дети, не имеющие настоящей семьи, приобретают бесценный опыт адаптации в обществе. Другое дело, что порой вместо ожидаемого положительного результата можно получить и кардинально противоположный результат, от которого сильный стресс получают обе стороны - как принимающая, так и приехавшая с пользой провести время.


Лучшая защита – нападение!

Нынешним летним сезоном один лагерь принимал троих ребят - воспитанников одного из детских домов. Начиналось все хорошо. Двое из них нелегко, но все же довольно неплохо начали осваиваться в новом для себя окружении, а вот третий ребенок как смотрел со дня приезда исподлобья, так и продолжал смотреть.

Да и в других его действиях сквозило абсолютное неприятие ситуации: ни на какие контакты со сверстниками он не шел, по территории лагеря предпочитал бродить в одиночестве, от обращающихся к нему с вопросами детей и воспитателей откровенно шарахался. Воспитатели не раз пытались поговорить с ним, но он никак не реагировал на разговоры, любым контактам сопротивлялся и продолжал смотреть на всех исподлобья. Тогда пустились на хитрость, пообещав мальчику, что если он будет хорошо себя вести, ему разрешат ночевать в домике воспитателей. Когда он это услышал, на его лице впервые отразилось что-то похожее на положительные эмоции.

Словом, ничто не предвещало скандала: все надеялись, что через какое-то время воспитанник детского дома все же более или менее освоится. Но, как оказалось, этим надеждам не суждено было сбыться. Однажды мальчику вдруг показалось, что кто-то из окружающих посмотрел на него «со значением», и неожиданно для всех он попытался напасть на «обидчика». Оказавшиеся в тот момент рядом воспитатели отреагировали моментально, потому что где-то в глубине души чего-то подобного ожидали, уж очень неординарно вел себя этот ребенок. Как говорят педагоги, он и выглядел агрессивным. Ребят разняли, успокоили, как могли, попытались поговорить по душам с напавшим. В тот день, когда это случилось, весь лагерь сильно переволновался.

По словам детей, которые были свидетелями произошедшего, ни у кого из них даже в мыслях не было обижать ребенка из детдома, никто ничего дурного не замышлял. Скорее всего, предполагают, он элементарно искал, на ком можно было бы выместить свою злость. И – нашел. Да и неважно, что послужило причиной для взрыва его агрессии. Если бы в тот момент там не оказалось педагогов, рассказывал один мальчик, еще неизвестно, чем мог закончиться этот конфликт.

Надо сказать, что в начале смены возникали небольшие проблемы и с другим ребенком, приехавшим из того же детского дома. Когда ему казалось, что его пытаются обидеть, он всякий раз пытался укусить обидчика. Но с ним все оказалось гораздо проще. Призвав на помощь навыки психологов, воспитатели убедили его в том, что никто и никогда не причинит ему в лагере никакого вреда.

А вот третий ребенок изначально не доставлял никому никаких хлопот. Он очень быстро вписался в единую команду лагеря, никаких проблем в общении у него не возникло.


«Приедем... Не сразу!»

После инцидента работники лагеря, потеряв всякую надежду на адаптацию агрессивного ребенка в детское сообщество, приняли решение с ним расстаться. Позвонили в его детский дом, изложили факты. На другом конце провода звонку не удивились. Пообещали, что обязательно заберут, но не сразу, а только после предстоящих выходных, которые никто не собирается тратить на этого ребенка. И даже поделились с работниками лагеря кое-какой информацией, например, в каких условиях жил ребенок, прежде чем оказался в детском доме. Так, педагоги лагеря узнали, что у этого агрессивного ребенка более чем серьезные проблемы. На самом дели люди, пережившие психологическую травму, которую пережил этот мальчик, полностью не излечиваются и должны все время находиться под наблюдением врача-психиатра.

Не очень верится в то, что в детском доме забыли про этот факт, когда принимали решение отправить воспитанника в обычный летний лагерь. И педагоги лагеря до сих пор не могут понять, почему, отправляя в лагерь группу детей с психологическими проблемами, администрация детского дома не сочла необходимым отправить вместе с ними специально подготовленного специалиста, который работает с этими детьми постоянно?

Интересует их еще один вопрос: почему никто ни словом, ни жестом не дал им понять, что эти дети в силу своих особых потребностей нуждаются в особом с ними обращении? Неужели только по той причине, что лагерь, скорее всего, отказался бы принять этих детей? Скорее всего, именно так. Возможно, аналогичные прецеденты происходили и раньше. Как бы там ни было, если бы администрация лагеря действительно отказала детскому дому, она была бы права, потому что несет ответственность за всех ребят. И в случае чрезвычайного происшествия отвечать пришлось бы именно администрации лагеря, но никак не детскому дому.

«Нам очень жаль ребенка, - говорят педагоги, работающие в лагере. – Но мы ничего не можем изменить. Мы прекрасно понимаем, что его агрессия – форма защиты. У него была очень страшная жизнь, и теперь он все время будет обороняться. По поводу и без повода. Но мы не можем ему ничем помочь, потому что не знаем, каким образом могли бы это сделать. Справиться с подобными приступами агрессии может только специалист. И если бы с детьми из детдома приехал их педагог, возможно, такая ситуация и не возникла бы... У нас до этого лета постоянно были ребята из детского дома, но ни с чем подобным мы прежде не сталкивались».

Мы вам платим, вы - танцуйте!

Допустим, представители детдома не сочли необходимым предупредить о чем-то работников лагеря по той причине, что жизненная история каждого воспитанника детского дома, согласно законодательству, является конфиденциальной: ну, едет себе ребенок в лагерь - и едет, а мы не хотим, не имеем права ничего о нем рассказывать посторонним людям. Какая, в конце концов, разница, посчитали они, для кого именно была приобретена путевка в лагерь: кто платит, тот и танцует!

Вице-мэр Таллинна по социальным делам и здравоохранению Мерике Мартинсон подтвердила, что, действительно, информация о каждом ребенке, проживающем в детском доме, конфиденциальна, а потому разглашению не подлежит.

В данном случае, сказала она, исходя из человеческой позиции, стороны должны были бы обсудить, насколько возможно присутствие каждого конкретного ребенка в данных условиях. Мерике Мартинсон также считает, что к каждому из детей, особенно к воспитанникам детских домов, следует подходить с учетом его личных особенностей, состояния его здоровья, как физического, так и психологического. Она также подчеркнула, что все организации, занимающиеся детьми, должны, в первую очередь, научиться сотрудничать между собой и уважать друг друга.

Вице-мэр Таллинна по социальным делам и здравоохранению считает, что подобной ситуации можно было избежать, не нанеся никакого вреда ребенку. Скорее всего, его можно было отправить на отдых в лагерь, ориентированный на работу с проблемными детьми... Трудно поверить в то, что администрация детского дома не знает этих очевидных вещей.


Сайт про сетевой маркетинг и МЛМ timeformlm.com