погода
Сегодня, как и всегда, хорошая погода.




Netinfo

interfax

SMI

TV+

Chas

фонд россияне

List100

| архив |

"Молодежь Эстонии" | 15.01.09 | Обратно

Душа русского народа

На этой неделе в Эстонии побывала делегация из России, в которую входили видные общественные деятели, руководители фонда святого апостола Андрея Первозванного и Центра национальной славы России.

О Центре национальной славы России мы писали на страницах нашей газеты неоднократно. В прошлом году рассказывали, например, о многочисленных мероприятиях, связанных с 65-й годовщиной начала переговоров об открытии второго фронта в годы Второй мировой войны, легендарном перелете через океан, над всей воюющей Европой министра иностранных дел СССР В.М. Молотова. Весь год фактически был посвящен памяти выдающегося летчика, эстонца Энделя Пусэпа, который вел самолет в этом беспримерном полете.

Однако о фонде Андрея Первозванного подробно рассказывать нам еще не приходилось. А руководители фонда прибыли в Таллинн, чтобы отметить здесь 40-й день с момента кончины Святейшего патриарха Алексия II, принять участие в богослужении, посвященном его памяти, поклониться могиле его родителей.

В организационном плане делегации помогал Евгений Томберг, председатель Совета «Русского дома», знакомый с членами делегации по некоторым проектам, в том числе и нынешним. В делегацию входили столь замечательные, столь интересные люди, что мы сочли необходимым поближе познакомить с ними наших читателей. Конечно, разговор о душе народа, о духовных интересах, духовных запросах русских не может ограничиться несколькими и даже целым рядом публикаций. Но к этому надо возвращаться в тех или иных формах. Вот и сейчас мы, собственно, в той или иной степени говорили о духовном укреплении народа.

Разговор с московскими гостями вела журналист Нелли КУЗНЕЦОВА.

Александр Невский — кто он?

Сергей ЩЕБЛЫГИН,
член Совета Федерации,
президент фонда святого апостола Андрея Первозванного,
президент Центра национальной славы России

— Вы руководите, Сергей Евгеньевич, двумя столь крупными, столь важными, имеющими огромное значение для России, и не только для нее, организациями. Как вас хватает на все это? Не разрываетесь ли вы на части?

— В сущности, и фонд Андрея Первозванного, и Центр национальной славы России — это одна большая общественная организация. Только деятельность ее идет в разных направлениях.

Если речь идет о программах, более касающихся вопросов Церкви, то этим занимается фонд Андрея Первозванного. А если программы имеют государственное звучание, если они больше направлены на взаимодействие с государственными органами, общественными организациями, то мы выступаем в качестве Центра национальной славы России. Он создан в 2000 году, и о больших его программах ваша газета, насколько я знаю, уже рассказывала.

Что же касается фонда святого апостола Андрея Первозванного, то он существует уже почти 17 лет. Его главной задачей мы считаем укрепление духовных основ общества, укрепление духовных основ российской государственности. В Таллинн мы приехали, чтобы принять участие в панихиде в Соборе Александра Невского.

Кстати, одна из наших программ так и называется «Александр Невский». Это широкая программа, рассчитанная не на один год. Мы занимаемся этой программой в тесном сотрудничестве с Уральской горно-металлургической компанией, которая является коллективным членом фонда и Центра национальной славы, и соответственно привлекаем ее ресурсы для реализации программы.

В рамках этой программы возводятся храмы на территории России, на ее южных и восточных рубежах, в Нижегородской области и т.д. Будет открыта часовня в честь князя Александра Невского.

Вместе с нашими друзьями мы учредили специальный Знак для награждения российских дипломатов, покровителем которых как раз и является Александр Невский. Руководство фонда приняло решение, что первый такой знак будет вручен Святейшему патриарху Алексию II, как выдающемуся деятелю, дипломату, много сделавшему для укрепления авторитета нашей родины за рубежами страны.

Патриарх дал согласие принять этот знак. И торжественная церемония награждения должна была состояться 6 декабря. А 5 декабря, к великому нашему горю и сожалению, патриарх ушел из жизни.

Так уж получилось, что мы передадим этот знак следующему патриарху, который будет избран, чтобы он, этот знак, хранился в церкви.

— В последнее время очень громко зазвучало имя князя Александра Невского. Большая телевизионная программа «Имя Россия», специальная программа фонда Андрея Первозванного... А ведь долгое время вокруг его имени было много споров, даже спекуляций. Одни обвиняли его в злонамеренном и своекорыстном водружении на Русь ордынского ига, ставили даже в вину его брак с половчанкой как некое свидетельство его якобы навязчивой азиатчины. Другие утверждали, что, живя в переломное время, он действовал как расчетливый и прагматичный европеец. Сейчас как будто все споры забыты. И имя князя Александра Невского золотыми буквами сияет на историческом небосклоне России. Почему, как вы думаете?

— Я думаю, что время, в которое мы живем, заставляет еще и еще раз подумать о том, что стране нужны лидеры определенного калибра, большого масштаба. Александр Невский как раз и был таким лидером, который в самый тяжелый, переломный период нашей истории, когда вопрос стоял не просто — быть или не быть российскому государству, а вообще — быть или не быть русской цивилизации, сумел найти и претворить в жизнь ту умную политику, которая позволила нам сохранить свою идентичность, свою православную сущность. И выжить...

Мне кажется, что сейчас, когда мы преодолеваем тяжелое наследие 90-х годов, сложно, тяжко, противоречиво, но все-таки преодолеваем, наш народ в образе святого князя Александра Невского увидел ту фигуру, тот образ, который стал бы неким примером и для наших сегодняшних государственных деятелей.

Взвешенность его политики, сочетание вооруженного отпора там, где это надо, с разумным компромиссом, когда он, компромисс, необходим для сохранения своей идентичности, сохранения страны, — вот это умение и было главным в деятельности Александра Невского как политика, как дипломата, как воина, оно и сделало его столь значимой фигурой в российской истории.

— Вы, Сергей Евгеньевич, как известно, член Совета Федерации РФ. Означает ли ваше присутствие, ваше участие в деятельности фонда Андрея Первозванного и Центра национальной славы России, что таким образом как-то осуществляется государственное влияние на все эти проекты. Которыми вы занимаетесь. Найдутся люди и, может быть, деже немало, которые так и подумают. Или могут подумать...

— Ну, если говорить о государственном влиянии, то оно прослеживается лишь, может быть, в нашем стремлении стать помощниками государства. Никакого другого влияния нет и не может быть. Ведь и о государственном финансировании речь не идет. Мы все, входящие в эту организацию, считаем себя представителями гражданского общества, мы убеждены, что сейчас одна из главных задач, стоящих перед всеми нами, — это укрепление основ российской государственности именно в плане духовного, нравственного компонента.

— Вы сказали, что новые храмы будут возводиться на территории России. У нас на Ласнамяэ в Таллинне, как вы, возможно, знаете, тоже возводится новый храм. Он строится силами и на средства здешних людей. Но, конечно, этих усилий недостаточно. Позвольте задать вам нескромный и, быть может, бестактный вопрос: нет ли в ближайших планах фонда Андрея Первозванного пункта о некой помощи строящемуся на Ласнамяэ храму?

— Мы знаем о проблемах со строительством этого храма. К сожалению, нынешний кризис сказался и на финансировании наших программ. Поэтому ничего конкретного по поводу помощи этому храму пока сказать не могу. Но мы будем думать, искать какие-то новые возможности.

В прошлом году мы занимались, как вы, очевидно, знаете, восстановлением Марфо-Мариинской обители. Все наши ресурсы уходили на это. Это был очень большой, очень затратный проект.

— А вы спокойно ехали в Эстонию, учитывая сложности в межгосударственных отношениях?

— Мы ехали лишь с одной целью, с гуманитарной акцией — почтить память патриарха, принять, как я уже говорил, участие в богослужении. Но мы всегда надеемся, что Господь как-то управит, защита будет с нами...

Не разделять по крови...

Александр ПИСКУНОВ,
аудитор Счетной палаты РФ,
член Попечительского совета программы «Александр Невский»,
президент фонда адмирала Ф. Ушакова

— Вы, Александр Александрович, тоже участвовали в богослужении, посвященном памяти патриарха?

— Конечно. Покойный патриарх был выдающимся деятелем, беззаветно служившим и Эстонии, и России, какой бы статус в разные времена ни имели эти государства. Именно он не раз спасал и Собор Александра Невского, в котором шла панихида, и Пюхтицкий монастырь. Вообще, я думаю, эстонская земля должна быть горда и благодарна Богу за то, что такой человек родился на этой земле и так много сделал для всех нас.

Мы уже много лет работаем вместе с Сергеем Владимировичем Степашиным, руководителем Счетной палаты РФ и главой императорского православного палестинского общества. И он через меня передал Собору Александра Невского потрясающую по красоте Библию. Это один из проектов, в котором участвовал еще ныне покойный патриарх. Первые экземпляры должны были быть переданы президенту России и премьер-министру. И один из первых же экземпляров предназначался Собору Александра Невского.

Я привез также трехсерийный фильм об адмирале Ушакове, замечательном русском флотоводце, причисленном к лику святых. Очень хотелось бы, чтобы его увидели многие люди.

— Здесь, в Эстонии, много бывших военных моряков, для которых имя адмирала Ушакова далеко не безразлично. Им было бы интересно, думается, увидеть фильм.

— Я видел здесь в Соборе Александра Невского памятные доски с именами моряков, погибших в Цусимском сражении. Это меня поразило. Это действительно дорогого стоит.

Не многие, быть может, знают, что в Петербурге был замечательно красивый храм, посвященный морякам, погибшим при Цусиме. Это так называемый Храм на Водах... Там бывали многие люди, приходили родственники погибших моряков, они ведь не могли положить цветы на могилы своих близких.

В 1933 году по приказу Кирова этот храм был взорван, хотя он, кроме всего прочего, был выдающимся памятником архитектуры. Там работали многие наши известные художники. Васнецов, например...

Так вот настоятель этого храма написал поразительную по силе монографию, посвященную псалмописцу Иосифу. Кто-то из писателей по значимости приравнял эту книгу к раскопкам древней Трои, поскольку всякие письменные источники, рассказывающие о великом псалмописце, были уничтожены еще до Первой мировой войны.

Долгие годы считалось, что эта книга утрачена, тем более, что и сам настоятель храма, написавший ее, был в свое время репрессирован. Но когда Сергей Владимирович Степашин возглавлял федеральную службу контрразведки в Петербурге, мы нашли эту книгу, переиздали ее. И вот теперь я привез экземпляр этой книги в Таллинн. Как книгу-памятник я передал ее в Собор Александра Невского.

Кстати, Библия, это роскошное издание, посвящена 80-летию патриарха, до которого он, к великому нашему сожалению, не дожил совсем немного. Но я думаю, что влияние его на человеческие души, на человеческие отношения, даже на отношения России с другими государствами будет ощущаться еще очень долго.

Вот видите, как все переплетается... Книга, Библия, памятные доски в Соборе Александра Невского, наша программа, носящая имя этого великого государственного деятеля, дипломата, воина...

— А вы знаете, Александр Александрович, что на кладбище Александра Невского в Таллинне есть могилы знаменитых в прошлом российских флотоводцев, моряков, в том числе и цусимцев. Есть, например, могила капитана II ранга Берлинского, погибшего при защите Порт-Артура. Тело офицера в знак уважения к его подвигу везли по указанию правительства через всю Россию, хотя по традиции моряков обычно хоронят на месте их гибели.

Члены Клуба ветеранов флота привели в порядок эту могилу собственными силами и на собственные средства. Так же, как и могилу адмирала Изыльметьева, память о котором осталась в названии сопки на Камчатке и в целом ряде других названий...

— Мы постараемся побывать на кладбище, увидеть эти могилы, положить на них цветы, когда это будет возможно. История Российского флота, конечно, очень тесно связана с этим берегом, с Эстонией, с этой землей.

Мы знаем, что Россией предусматриваются средства для ухода за воинскими захоронениями минувшей войны. Но очень незначительно и зачастую в порядке исключения средства выделяются для сохранения, приведения в порядок могил известных людей, составлявших некогда славу России и погибших в давние времена, еще до революции. Я думаю, Министерство культуры РФ должно смотреть в этом плане на вещи шире.

Вернувшись в Москву, я постараюсь убедить Сергея Владимировича Степашина, чтобы при очередной встрече с президентом России он поднял этот вопрос. Мы подготовим специальную записку по этому поводу, у Счетной палаты есть такое право — обратить внимание руководителей на то, что есть такие святые, я бы сказал, сферы, которые требуют поддержки государства.

Я надеюсь, что и фонд Андрея Первозванного не останется в стороне.

— Хотелось бы задать вам, Александр Александрович, нескромный, быть может, вопрос, который, я думаю, будет интересен не только мне. Как вы, аудитор Счетной палаты, генерал в прошлом, занимавшийся, как нам стало известно, испытаниями ракетно-ядерного оружия и космических систем, оказались в фонде Андрея Первозванного? Таково ваше понимание общественного долга? Или это просто хобби?

— Добавьте к тому, что вы сказали, и тот факт, что я долго занимался в Министерстве обороны РФ вопросами военно-технической политики, был депутатом парламента трех созывов, работал в правительстве России, занимая пост заместителя главы аппарата российского правительства. Курировал как раз вопросы, связанные с обеспечением военной безопасности страны. И я знаю, что это значит, когда в руках у человека есть это дьявольское оружие. Мне приходилось несколько раз сопровождать некоторых наших государственных деятелей в Центр управления ядерными силами. И они выходили оттуда совсем другими людьми. Потому что там становилось особенно ясно, сколь мала и уязвима наша планета и какая сумасшедшая ответственность лежит на руководителях страны. Помню, Черномырдин как-то сказал, что после этого посещения понял: прежде чем нажать кнопку, надо успеть попрощаться с родными, с друзьями, иного уже не будет.

Я убежден, что кризис, финансовый, экономический, промышленный, тот кризис, который сейчас переживают Европа, мир, и Россия в том числе, обострит как раз проблемы культурологического плана, развития именно культурологических моделей.

Недаром «Диалог цивилизаций», которым так сильно, упорно занимается Владимир Иванович Якунин, — столь актуальная сейчас тема. И я думаю, опыт России, опыт православия, в котором никогда никого не разделяли по крови, терпимость по отношению к разным верованиям, разным взглядам, свойственная нашему народу, сегодня так необходимы миру.

Просите мира Иерусалиму

Михаил ЯКУШЕВ,
вице-президент фонда Андрея Первозванного и Центра национальной славы России

— Михаил Ильич, насколько мы слышали, вы по профессии арабист, долго работали дипломатом...

— Да, я историк-востоковед, окончил Московский Государственный университет, потом Институт Азии и Африки. Действительно, довольно долго проработал дипломатом. Да и сейчас отвечаю за международную деятельность фонда Андрея Первозванного. И потому мне близка программа «Александр Невский». У нас долго говорили, что мы — дипломаты чичеринской школы. Потом заговорили о горчаковской школе, потом о чем-то еще. И я рад, действительно рад, что мы возвращаемся все же к древним истокам русской дипломатии. Очень бы хотелось быть похожим на такого государственного деятеля, как Александр Невский. Я, разумеется, сейчас не только и даже не столько о себе говорю... Вспомните, как замечательно сформулировал основные тезисы митрополит Кирилл, представляя Александра Невского слушателям и зрителям: дипломат, военачальник, государственный деятель. Я бы даже сказал, что это человек, который не дал, наверное, в свое время вмешаться в душу русского народа. Мы ведь как нация, как этнос еще только формировались тогда. И Александр Невский не дал затронуть, разорвать эти тонкие струны.

— Некоторые историки, пытаясь анализировать то давнее время, пишут, что значение веры и Церкви было велико для средневекового человека. И именно на них не покушались татары в отличие от Запада. И хотя, как утверждается, резкого противостояния католиков и православных не было еще в начале татарского ига, все же ханы гарантировали православной Церкви автономию и свободу миссионерства, чего Рим даже не обещал. Так это?

— Да, католизация была опасностью, латиняне давили. И возможно, в конце концов Русь стала бы иной, в сущности, перестав быть Русью. Александр Невский это понял, быть может, первым среди князей.

Нам кажется важным, что наш народ так активно, так дружно голосовал за исторические фигуры, и в первую очередь, за Александра Невского. Важно, что люди вообще заинтересовались историей своей страны, не только датами тех или иных событий, а их духовным содержанием. Быть может, вообще к истории надо подойти несколько иначе, более объективно что ли, чем подходили прежде. А если уж говорить о программе «Александр Невский», то она интересна не только тем, что мы узнаем больше об этом человеке, но и вообще больше узнаем о России той поры, о том, что ее ожидало.

Сейчас в рамках этой программы проходит немало конференций. И меня, например, порадовало, что на конференции, проходившей в МГИМО, выступали не только маститые ученые, но и институтская молодежь, которая показала и возросший интерес к истории, и немалое знание ее, и зрелые мысли.

— Мы знаем, что фонд Андрея Первозванного участвовал в большой гуманитарной акции «Просите мира Иерусалиму». Вы сами, кажется, были членом делегации, ездившей за Благодатным огнем. Но сейчас на Ближнем Востоке такие большие, такие серьезные осложнения. Что будет с этой акцией в дальнейшем, тем более, что в ней участвовало такое огромное количество самых разных людей?

— Говоря об этой акции, ее глубинном смысле, мы, по существу, возвращаемся к истокам. Вокруг этого и в связи с этим идет в немалой степени научно-исследовательская работа фонда.

Это, я бы сказал, русская национальная традиция. Русские паломники издавна ходили в Иерусалим. Хотя даже не они были первыми, католики проложили этот путь еще в III веке, стремясь к матери всех Церквей — Иерусалимской церкви. Чудо Благодатного огня известно давно. Еще в IV веке об этом чуде — схождении Благодатного огня — рассказывали письменные источники.

Это очень большая и древняя церемония. Еще 9 веков назад ее описал Даниил, игумен земли русской. Конечно, это не значит, что церемония в течение столь длительного времени остается неизменной. Меняются времена, меняются политические, экономические режимы, меняются сами люди. Но чудо схождения Благодатного огня остается.

В сущности, это большая международная программа. Она так и называется «Просите мира Иерусалиму». Эти слова взяты из 121-го псалма Давидова. Хотя сама церемония совершается очень быстро — всего за каких-нибудь 2 дня. В рамках этой программы проходит аудиенция у патриарха Иерусалимского и всея Палестины, где идет разговор о мире на святой земле, чтение молитв. Наша делегация во главе с Владимиром Ивановичем Якуниным в этой аудиенции участвует, потом переходит в храм, ждет схождения Благодатного огня и очень быстро направляется в аэропорт. Благодатный огонь должен очень скоро быть доставлен в храм Христа Спасителя и передан патриарху.

— Скажите, Михаил Ильич, вот вы, образованный человек, дипломат, верите ли вы серьезно в это чудо?

— Ну, этот вопрос подобен другому: «Верите ли вы в Бога?» Как на него отвечать? Если не верить, то зачем всем этим заниматься?

Что же касается будущего... Знаете, год назад на петербургской конференции «Диалог цивилизаций» ко мне подсел бывший посол США в России Бернс, будущий заместитель госсекретаря при избранном президенте Обаме. Он тоже арабист, и мы с ним иногда разговариваем по-арабски. Так вот он спросил, чего мы ждем от встреч в Аннаполисе. Я ответил, что как бывший дипломат жду очень многого. Американская дипломатия делает немало, чтобы на святой земле воцарился мир. Наш фонд Андрея Первозванного добивается того же. Мы делаем все это сообща, вместе.

Хотя как историк-востоковед скажу, что, увы, пройдет еще немало десятилетий, даже, может быть, столетий, прежде чем мир на Ближнем Востоке будет достигнут. Собственно, потому и идет эта международная программа «Просите мира Иерусалиму». Это очень важно.

Наши предки-паломники ходили в Палестину в давние времена, ходили вплоть до Египта. И сейчас ходят... Идет война, а русские паломники все равно были в Вифлееме.


Сайт про сетевой маркетинг и МЛМ timeformlm.com