Высоцкому - 60 - не верюИюльский, по-летнему теплый Таллинн - прекрасный, помолодевший, заваленный продуктами и Pepsi, принимал Регату. Солнце XXII Олимпийских игр стояло в зените. Мир трепетно вслушивался в сообщения из Москвы о небывало впечатляющих достижениях советских спортсменов, а в томном Пирита все ждали ветра. И вдруг чей-то "VEF" поймал финское радио: Eilen Moskоvassa kuollut Vladimir Vossotski. Вот и все. Стихи родились тут же, внезапно. Автора этого окололитературного опуса, работавшего на режимном заводе и осмелившегося повесить листок-реквием в цеховую стенгазету, едва не исключили из комсомола и до 1991 года сделали невыездным. Как говорится - распяли, но не сильно.Сейчас у моих детей полно аппаратуры, им нравится Высоцкий, и я этому рад. Но сам не приемлю лазерно-рафинированных песен. На даче врубаю угловатый фанерно-дермантиновый "односкоростной "Aidas" с бобинами ТИП-2 по 350 метров. Так и поем на пару громко, с хрипотцой и надрывом - "оскверняя" тишину и покой трудящихся песнями советских композиторов.
Памяти Владимира ВысоцкогоЯ не плакал от болиА от песен случалось От темницы до воли Как в них все умещалось Сам с собой повстречался По случайности странной Только так и остался В тех стихах безымянный Не остудится банька Над широкой рекою Жаль никто не узнает Над какою такою Ты проплыл от Таганки По Москве олимпийской На руках до Ваганьки На мозолях российских От властей не убудет Но ты верил в народ Знай же памятник будет У Никитских ворот Над тобою не властно Ни пространство, ни время Даже вохры масласто Преклонили колени Это русское горе Над землею промчалось Я не плакал от боли А от песен случалось. 1980 г. Июль. |